basmanov | Тайна острова Хендерсона. Почти Эдгар Алан По...

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D0%B5%D0%BD%D0%B4%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD_%28%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%B2%29

24º22’ S, 128º20’ E

ТОМАРЧИН И МОКО

В субботу 10 августа 1957 года в Бухте Баунти бросила якорь канадская яхта «Флайинг Уолрас» (Flying Walrus, «Летающий Морж»), на борту которой находились всего двое: супружеская чета из Ванкувера Джон и Диана Уэллсы. Судно доставило на остров почту и кокосы с Мангаревы. Капитан остался на яхте, а его жена высадилась на берег. Она осмотрела Адамстаун и посетила школу. Островитяне узнали, что она ждет ребенка, и что они с мужем очень торопятся в Новую Зеландию. Кто-то полюбопытствовал: как они управляются с яхтой вдвоем? Диана Уэллс ответила, что у них был матрос, но он оказался «ненадежным», и на пути к Питкэрну они вынуждены были высадить его на какой-то необитаемый остров. Не вдаваясь в подробности, питкэрнцы пожали плечами, и через два дня «Флайинг Уолрас» продолжил свой маршрут к Раротонге (Острова Кука).

Почти месяц спустя, 7 сентября к острову подошел английский грузовой корабль «Коринтик». Капитан Артур Джонс спросил питкэрнского магистрата Паркина Кристиана, не находится ли кто-либо из островитян на соседнем Хендерсоне. Дело в том, что «Коринтик» на пути из Панамы в Новую Зеландию проходил мимо Хендерсона, и один из пассажиров заметил на берегу какого-то человека, отчаянного размахивающего рубахой в надежде привлечь внимание. В бинокль моряки с удивлением увидели, что этот человек не один, что с ним по пляжу бегает... маленький ребенок.

Это известие озадачило и встревожило островитян не на шутку. Все свои были дома, а та неведомая пара, судя по сигналам, явно нуждалась в помощи.

Совет Питкэрна принял решение незамедлительно идти на Хендерсон – спасать незнакомцев. Том Кристиан связался по радио с американским транспортным судном «Пайонир Айл», и его капитан согласился доставить на Хендерсон два баркаса с питкэрнцами.

9 сентября спасательная команда была на месте. Не успели лодки причалить к берегу, как к ним со слезами на глазах бросился какой-то молодой человек. Вот как эту встречу описывает датский журналист и писатель Арне Фальк-Рённе в своей книге «Слева по борту - рай»:

«...Он вскочил в одну из лодок и обнял рулевого:

- Не знаю, кто вы такие, но вы спасли мне жизнь! Тут миллионы крыс, они пожирают мою провизию, и если бы не вы, то мы с Моко умерли бы скоро от голода!

Никто из прибывших не сомневался, кто такой Моко, - по узкой прибрежной полосе взад-вперед с громкими радостными криками носился шимпанзе...»

Это было невероятно. Тот, кого с борта «Коринтика» приняли за маленького ребенка, оказался маленькой обезьянкой, одетой в детские рубашку и штанишки! Незнакомец сбивчиво объяснил, что зовут его Роберт Томарчин, ему 27 лет, он американец, родом из Флориды, и что здесь, на этом острове, его на произвол судьбы оставили хозяева яхты «Флайинг Уолрас».

По его словам, дело происходило так: он нанялся к Уэллсам на Таити, при условии, что с ним будет его питомец – шимпанзе Моко. Поначалу все шло хорошо, но потом обезьянка стала действовать на нервы миссис Уэллс и раздражать мистера Уэллса. Однажды Моко съела все витамины леди из судовой аптечки, и это стало для канадской четы последней каплей. Они предложили Томарчину сойти с шимпанзе на первый попавшийся берег и подождать, пока женщина успокоится. В это самое время «Флайинг Уолрас» как раз проходил мимо Хендерсона.

Американец высадился, а яхта подняла паруса и скрылась из виду. Было договорено, что Уэллсы вернутся через четыре дня и заберут Томарчина и Моко, но прошло четыре недели, и никто, похоже, за ними возвращаться не собирался.

Томарчин утверждал, что раньше никогда ничего не слышал о Хендерсоне и был совершенно не готов к своей «робинзонаде». Эти слова сразу вызывали некоторые сомнения.

Питкэрнские спасатели увидели, что американец оказался на необитаемом островке, мягко выражаясь, не с пустыми руками. В его распоряжении имелись: несколько комплектов одежды, прочная нейлоновая палатка, надувные резиновые лодка и плот, переносная радиостанция с запасом батарей к ней, набор свечей, карманные фонари, ящик инструментов и гвоздей, винтовка с тысячью патронами, лук со стрелами, арбалет и маска с трубкой для подводной охоты, коробка с семенами цветов и овощей, 12 ящиков консервов, 166-литровая бочка пресной воды, несколько кур и даже кровать и граммофон с пластинками. Плюс крупная сумма долларов в дорожных чеках. Подозрительно много для «выброшенного на произвол судьбы».

Да и сам Томарчин не очень походил на несчастного «робинзона». Он был крепкого телосложения, гладко выбрит, носил новые штаны, забавную шапочку и модные солнцезащитные очки. Однако его отчаяние выглядело неподдельным, и он по-настоящему плакал от радости, когда его обнаружили.

Капитан «Пайонир Айл» не имел права брать на борт животное без сопровождающих документов, и Томарчин отказался расставаться с Моко. Тогда питкэрнцы приняли решение взять их с собой на остров. Проводив судно и переночевав на берегу, на рассвете 10 сентября баркасы отправились домой.

Появление смешной обезьянки вызвало на Питкэрне самый настоящий фурор, особенно у ребятишек. Восторгу островитян не было конца. Диковинных гостей окружили теплом и заботой, и сам Паркин Кристиан, магистрат, приютил их в своем доме. Некоторое время Томарчин и Моко как сыр в масле катались.

Тем временем Том Кристиану удалось связаться по радио с хозяевами яхты «Флайинг Уолрас», мистером и миссис Уэллс. Они клялись и божились, что Томарчин, на самом деле, даже заплатил им (по разным данным от трехсот до тысячи (!) долларов), чтобы они высадили его на Хендерсоне. Это заявление противоречило рассказам самого Томарчина, и бедные островитяне не знали, кому верить.

Как положено, обо всем доложили в резиденцию губернатора Питкэрна на Фиджи. Вскоре из встревоженной канцелярии пришла директива: Томарчин не имеет официального разрешения пребывать на острове, и потому должен покинуть Питкэрн на первом же проходящем судне. И если капитан этого судна согласится взять с собой еще и шимпанзе, то Моко надлежит оставить остров вместе с хозяином. Если же взять обезьянку на борт нельзя, ее следует... уничтожить.

В экстренном порядке собрался Совет Питкэрна. Сердобольные старейшины острова жалели чудака-американца, и его зверушка стала всеобщей любимицей. И было принято компромиссное решение: да, закон есть закон, и Бобу Томарчину действительно необходимо уплыть на первом же корабле. Но Моко пока останется на Питкэрне. Разумеется, никто убивать бедное животное не собирался. Зато с гостя взяли обещание, что как только он доберется до Америки, он должен немедленно оформить все медицинские документы на шимпанзе и как можно быстрее переслать их на остров. И, если с бумагами все будет в порядке, питкэрнцы немедленно вышлют Моко «по указанному адресу». Если же в течение трех месяцев островитяне не получат никаких убедительных документов, то в этом случае Моко становится собственностью Питкэрна, и местные жители вольны будут поступать с ней по их желанию.

На том и договорились. 26 октября 1957 года Томарчин попрощался со своей Моко и с разрешения капитана поднялся на борт английского торгового судна «Рангитики», шедшего из Новой Зеландии в Панаму.

Всего американец прожил на Питкэрне 43 дня (на Хендерсоне он провел 34 дня). В анналах острова сохранился его «прощальный» автограф: на листе бумаги достаточно корявым почерком записано: «Your friend castaway of Henderson Island Bob Tomarchin & his pet chimp Moko. Thank you for everything» («Ваш друг, выброшенный на Остров Хендерсон, и его домашнее шимпанзе Моко. Спасибо за все»)

Месяц спустя, 29 ноября к Питкэрну подошел британский корабль «Рангитата». Каково же было удивление островитян, когда они узнали, что на борту – под стражей! - находится Томарчин. Выяснилось, что в Панаме он пробрался на судно зайцем, его быстро обнаружили и заперли в каюте. Пассажиры «Рангитата» рассказывали, что это был весьма приятный молодой человек, но незадолго до прибытия на Питкэрн ему удалось сбежать из-под замка и забраться в спасательную шлюпку. Там его через несколько часов и нашли: Боб был в совершенном исступлении, он рвался спустить лодку на воду, и десять матросов едва справились с ним, связав шлангами.

Никому из островитян не разрешили ни повидаться с ним, ни передать ему посылку, ни даже показать ему его обезьянку. И только когда лодка питкэрнцев отчаливала от борта «Рангитата», и Кларенс Янг громко прокричал: «До свидания, Боб!», Томарчину удалось высунуть руку из иллюминатора и отчаянно помахать на прощание.

Никто не чаял увидеть его снова, но не прошло и года, как 21 октября 1958-го Томарчин вновь прибыл на Питкэрн, на сей раз в качестве заплатившего пассажира, на борту уже знакомом ему «Рангитики» (не путать с «Рангитата»).

(За несколько месяцев до этого, прибыв в Новую Зеландию, первым делом Томарчин был оштрафован на 98 фунтов стерлингов за «безбилетный проезд». Затем он дал несколько интервью различным новозеландским и австралийским газетам, каждый раз пересказывая свою невероятную историю по-разному. Теперь он уже не обвинял во всем чету Уэллсов, а утверждал, что на Хендерсон его привела некая тайна, раскрыть которую он пока не может. Пассажирам «Рангитата», например, он поведал, что где-то на Хендерсоне покоятся останки его родителей, потерпевших там кораблекрушение лет 20 назад. Том Кристиан вспоминает, что Томарчин намекал ему о некоем «сокровище», спрятанном на острове. И так далее.)

Долгожданное воссоединение человека и его обезьянки состоялось. Их провожали всем островом. Говорят, что, в конце концов, они благополучно добрались до Америки.

Доподлинно известно, что по возвращении в Штаты Томарчин неоднократно появлялся вместе с Моко на экранах ТВ. Затем их следы теряются. Поговаривали, что однажды Боб продал своего питомца в зоопарк Бронкса (Нью-Йорк) за $2000. Однако вскоре он снова заскучал о своем друге и решил выкупить его обратно. Власти зоопарка не согласились на это и ответили категорическим отказом, и в одну прекрасную темную ночь Томарчин попросту выкрал Моко из клетки, благородно оставив на «месте преступления» эти самые две тысячи долларов. Человек и шимпанзе были объявлены в розыск, и вскоре их обнаружили в Мексике. Обоих вернули в Нью-Йорк, Моко снова очутился в зоопарке, а Томарчин исчез в неизвестном направлении. В середине 60-х до питкэрнцев дошел слух, что повзрослевший Боб и постаревший Моко выступают с цирковыми номерами где-то в Сан-Франциско.

Интересно, что все поздние попытки разыскать этого странного человека и расспросить-таки его, зачем он вдвоем со своей обезьянкой добровольно высадился на необитаемом острове неподалеку от легендарного Питкэрна, ни к чему не привели. Мало того, исследователь Майк Уинтроп утверждает, что в Соединенных Штатах Америки нет ни одного человека с загадочной фамилией «Томарчин». Из Бюро Переписи Населения США пришел официальный ответ, что в списке 88 тысяч 799 фамилий, зарегистрированных на территории Соединенных Штатов, фамилия Томарчин отсутствует! Уинтроп убежден, что эта фамилия – искаженное Томаркин, Тамарчин, Тумаркин или Томакин. То есть совсем не исключено, что этот самый таинственный чудак Боб был по происхождению... русским.

Как знать, может быть, пройдет время, и мы, наконец, узнаем всю правду о том, как некий эксцентричный молодой человек непонятного происхождения вместе со своей обезьянкой добровольно оказался на необитаемом острове, намереваясь оставаться там надолго, но испугавшись местных крыс, вовремя ретировался. Сейчас, когда пишутся эти строки, в 2005 году, Роберту Томарчину (или как там его на самом деле) должно быть лет 75. Если он, конечно, еще жив...